Нищие в ловушке потребительства

А куда без нее? Каждый день с ней сталкиваемся.
лохотрон
Сообщения: 69
Зарегистрирован: 02.11

Евреоналу нужны потребители.

Сообщение лохотрон »

Тайная история запланированного устаревания вещей.
смотреть 50 минут http://www.youtube.com/watch?v=o9sWzhSD ... re=related

Вопрос. По какой это линии и на каком языке можно сговорится за спинами многих стран ? Вот вам и свободный рынок и швабодная рыночная экономика. И что мы, собственно говоря знаем о Евреонале??? Миром правит одна гигантская «суперкорпорация» – Евреонал!

ЗЫ: почитайте труды Генри Форда о Международном Еврействе, он как раз в тот период жил и всё грамотно описал. А про гешефтную бизнесс модель нашего времени хорошо написано у Ссылки доступны только зарегистрированным пользователям в «Исповедь экономического убийцы».



Содержание фильма


Когда разумность вытесняется алчностью, возникают безумные идеи, иногда оказывающие влияние даже на социум. Когда-то некие хитрецы решили производить менее качественные товары, чтобы они быстрее ломались и заменялись новыми...



Тайная история запланированного устаревания вещей!

«Если товар хорош, его перестают выпускать»
Закон Хебпока (из «Законов Мерфи»)

Почему часто вещь ломается, как только за неё погашен кредит? Почему однажды принтер перестаёт печатать, а у iPod садится аккумулятор? Почему в одном из пожарных депо США лампочка горела более 100 лет и пережила две современные видеокамеры наблюдения? Почему раньше с помощью нейлоновых колгот можно было брать на буксир автомобиль, а сейчас они рвутся после нескольких раз носки?

На днях мне попался на глаза один очень интересный фильм про то, как некая организованная сила контролирует в глобальном масштабе производство всех товаров широкого потребления. От лампочек до автомобилей – все эти товары у них под контролем, независимо от производителя, страны, конкуренции, свободного рынка и политической окраски.

Наша роль в этом обществе состоит в том, чтобы покупать в кредит ненужные нам товары. В нашем обществе доминирует так называемая экономика роста, суть которой состоит не в росте с целью удовлетворения запросов потребителей, а роста ради роста. Если потребители не будут покупать, экономика не будет расти. Запланированное устаревание базируется на желании потребителя приобрести чуть более новый товар, чуть ранее, чем это необходимо. Вот основные постулаты экономики так называемого запланированного устаревания.

Этот фильм расскажет о том, как запланированное устаревание предопределяет ход нашей жизни ещё с 20-х годов XX века, когда производители начали сокращать долговечность своих товаров с целью повысить потребительский спрос. Фильм расскажет о том, как дизайнеры и инженеры были вынуждены приспосабливаться к новым задачам и нормативам.

В 1972-м году сотрудники одного из пожарных депо в штате Калифорния обнаружили, что одна из лампочек в их депо – очень необычная. Эта лампочка непрерывно горит в депо с 1901 года. Забавно, что эта лампочка пережила две новейшие камеры видеонаблюдения. В 2001-м, когда лампочка отметила свой 100-летний юбилей, местных жителей на празднование весёлого дня рождения в американском стиле собралось под тысячу! Она была изобретена в штате Огайо в 1895-м году весьма интересными дамами и джентльменами, вложившими средства в эту компанию. Нить накаливания изобрёл Адольф Шайе (Adolphe A. Chaillet). Он изобрёл долговечную нить накаливания. Никто не знает секрет долговечности, он унёс его с собой в могилу.

Но формула долговечности нити накаливания Адольфа Шайе – это не единственная загадка в истории электролампы. Гораздо более интересный вопрос, как скромная лампочка стала первой жертвой запланированного устаревания. В рождество 1924-года произошло одно весьма знаменательное событие. Несколько мужчин в строгих костюмах скрытно собрались в Женеве с целью разработки секретного плана. Они создали первый всемирный картель. Его целью было установление контроля над производством электроламп и раздел мирового рынка. Этот картель назывался «Феб». Он объединил ведущих производителей Европы, США и даже далёких колоний в Азии и Африке. Его целью был обмен патентами, контроль производства и, прежде всего – контроль потребительского рынка.

Компаниям было выгодно, чтобы их лампы покупали регулярно. Им было экономически нецелесообразно производить долговечные лампы. Изначально производители стремились увеличить долговечность своих ламп. 21 октября 1871-го года, после серии опытов, были созданы малогабаритные относительно долговечные лампы с прочной нитью накаливания. Первая коммерческая электролампа Томаса Эдисона (Thomas Alva Edison) появилась в продаже в 1881-м году. Срок её службы достигал 1,5 тысячи часов. В 1924-м году, когда был основан картель «Феб», производители с гордостью отмечали, что им удалось довести срок службы ламп до 2,5 тысяч часов. И тогда члены «Феб» решили: нужно сократить срок службы ламп до 1000 часов. В 1925-м году был создан так называемый «Комитет 1000 часов», целью которого было снижение долговечности ламп до 1 тысячи часов.

80 лет спустя, берлинский историк обнаружил доказательства деятельности комитета, скрытые в документах фирм-основателей картеля. Например, голландской Philips, немецкой Osram и Французской ламповой компании. Мы располагаем документом картеля, который гласит: «Запрещается гарантировать, рекламировать и предлагать лампы, срок службы которых превышает тысячу часов». 1000 часов – определение срока службы электролампы.

Под давлением картеля, производители начали проводить опыты и работать над созданием менее долговечной лампы, которая служила бы не более 1000 часов. Производство ламп велось под строгим контролем, чтобы проследить за соблюдением требований картеля. Был создан целый бюрократический аппарат для слежения за компаниями. Если их ежемесячные отчёты не соответствовали нормативам, с них взимались штрафы. Эти меры привели к неуклонному снижению срока службы ламп. В течение 2-х лет он сократился с 2,5 до 1,5 тысяч часов. К 40-м годам картель достиг своей цели: срок службы ламп сократился с 2500 до 1000 часов.

Можно понять эти меры в 30-х годах, ведь тогда мало кого заботили вопросы экологии. Тогда ещё мало кто понимал, что природные ресурсы планеты далеко не безграничны. Так, по иронии судьбы, лампа накаливания, которая всегда воспринималась, как символ технических инноваций, стала пробным камнем системы запланированного устаревания.

В последующие десятилетия изобретатели запатентовали тысячи изобретений новых ламп, срок службы некоторых доходил даже до 100 тысяч часов! Но ни одна из них не поступила в продажу.

«Феб» никогда не существовал официально, хотя и не слишком скрывал свою деятельность. Его методом маскировки была постоянная смена названия. Вначале он именовал себя «Всемирным электронным картелем», а затем вновь и вновь менял название. Кстати, это учреждение существует до сих пор!

Запланированное устаревание возникло одновременно с массовым производством и обществом потребления. Стремление производить менее долговечные товары зародилось в эпоху промышленной революции, когда машинное производство резко снизило себестоимость товаров, что само по себе было благом для потребителей. Но потребители не поспевали за темпами производства, они были гигантскими. Уже в 1928 году влиятельный рекламный журнал предупреждал: товар, которому нет износа – это трагедия для бизнеса. Массовое производство повысило доступность многих товаров. Цены снижались. Многие стали покупать не по необходимости, а ради развлечения. Экономика процветала.

И вот… крах фондового рынка, начинается паника. В 1929 году формирование общества потребления приостановилось, поскольку биржевая паника ввергла США в экономическую рецессию. Безработица достигла чудовищных масштабов. В 1933 году четверть трудоспособных американцев лишилась работы. Очереди уже стояли не в магазинах, а на биржах труда.

В Нью-Йорке родилась революционная идея оживления экономики. Бернард Лондон, крупный торговец недвижимости, предложил обуздать депрессию путём введения обязательного запланированного устаревания. Тогда эта концепция впервые была высказана в письменном виде. Бернард Лондон предложил установить для каждого товара срок годности, по истечению которого будет запрещено пользоваться товаром, и владельцы будут обязаны его сдать для последующего уничтожения товара.

Он пытался достичь равновесия между капиталом и рабочей силой, создать постоянный спрос для новых товаров, постоянный спрос на рабочую силу и постоянную прибыль капиталистам. Лондон считал, что принудительное запланированное устаревание товаров даст толчок промышленности и потребительскому рынку и обеспечит всех работой.

Запланированное устаревание – это желание потребителя приобрести новый, более современный товар чуть ранее, чем ему это необходимо. Свобода и счастье, достигаемое безудержным потреблением, стали образцом жизни Америки 50-х годов и основополагающими столпами нынешнего общества потребления. Без запланированного устаревания не было бы ни огромных гипермаркетов, ни товаров, ни индустрии, ни дизайнеров, ни архитекторов, ни продавцов. Не было бы уборщиков и охранников, все остались бы без работы.

Как часто вы меняете свой мобильный телефон? Раз в полтора года, раз в год? В наши дни запланированное устаревание стало обязательным пунктом в учебных программах школ дизайна и инженерии. Начиная с 1950-х запланированное устаревание стало основой стремительного экономического роста западных стран. С этого момента рост стал священной целью нашей экономики.

− В нашем обществе доминирует экономика роста, направленная не на удовлетворение запросов потребителей, а на рост ради роста, на постоянный рост, приводящий к безграничному росту производства, – говорит Серж Латуш, известный критик экономики роста, подробно описавший её механизм. – А чтобы оправдать объёмы роста производства, надо увеличить объём потребления. Для этой системы необходим искусственный спрос, создаваемый тремя путями: рекламой, запланированным устареванием и кредитом.

− В нынешнюю эпоху наша роль состоит лишь в том, чтобы покупать в кредит ненужные нам товары. В этом нет ни малейшей логики, – говорит другой критик запланированного устаревания.

Критики экономики роста отмечают, что она недолговечна, поскольку в её основе заложено внутреннее противоречие:

− Верить в возможность бесконечного экономического роста, то есть верить в безграничность земных ресурсов, может либо дурак, либо экономист. Беда в том, что теперь все мы стали экономистами.

− Зачем каждые три минуты выпускают новый товар? Разве это необходимо? Многие уже поняли, что так дальше жить нельзя. Хотя политики призывают их идти в магазины и покупать товары, поскольку это наилучший способ дать новый толчок экономике.

− Общество потребления напоминает гоночную машину без водителя, которая мчится на бешеной скорости. И скоро то ли врежется в стену, то ли свалится в пропасть.

Что испытывают инженеры, намеренно сокращая долговечность изделий?

В 40-х годах химический гигант DuPont сообщил о революционном открытии – синтетической ткани – нейлон. Женщины несказанно радовались прочным долговечным чулкам. Но их радость была короткой. Когда был разработан нейлон, из него были изготовлены чулки, и сотрудникам отдела нейлона предложили взять их домой и предложить жёнам, подругам. Химики DuPont были настолько горды своим достижением, что даже мужчины хвастали прочностью нейлоновых чулок, используя их для буксировки автомобилей. Беда заключалась в том, что они были слишком долговечными. Женщины были очень рады, что на них долго не появлялись стрелки, но, к сожалению, это означало, что объёмы продаж чулок будут очень невелики.

DuPont дала своим сотрудникам новое указание: вновь встать за кульманы и разработать менее прочные волокна, чтобы чулки стали менее долговечными. Талантливые химики, которым удалось создать прочные чулки, теперь, подчиняясь духу эпохи, делали их менее прочными и долговечными. Вечное волокно исчезло с завода.

Что же испытывали химики DuPont, намеренно сокращая жизнь своего детища? Перед инженерами встал острый нравственный вопрос: запланированное устаревание привело к пересмотру их нравственных ориентиров. Есть инженеры старой школы, которые стремятся разработать максимально долговечный товар, который не ломается. Инженеры новой школы, попавшие под влияние рыночных тенденций, заинтересованы создать менее долговечный товар.

Новая школа одержала верх над старой. Потребители не знали, что по другую сторону железного занавеса в странах восточного блока экономика прекрасно обходилась без запланированного устаревания. Коммунистическая экономика основана не на свободном рынке, а на государственном планировании. Она была неэффективной и страдала от постоянного дефицита ресурсов. При такой системе запланированное устаревание теряло смысл. И в ГДР, стране с наиболее эффективной коммунистической экономикой, официальный стандарт срока службы стиральных машин и холодильников равнялся 25 годам.

В 1981 году в восточном Берлине выпустили особо долговечную лампу. Её стали предлагать зарубежным покупателям в западных странах. Когда производители электроламп из Восточной Германии представили свой товар на Ганноверской ярмарке 1981-го года, их коллеги из ФРГ сказали им: «Вы останетесь без работы». А инженеры из ГДР им ответили: «Нет, наоборот. Мы добились экономии энергии и вольфрама. Теперь нам работа гарантирована!» Западные покупатели отвергли эту лампу. В 1989-м году пала Берлинская стена. Завод был закрыт, и производство долговечных ламп прекращено. Сейчас их можно увидеть лишь на выставках и в музеях. Через 20 лет после падения Берлинской стены культура безудержного потребления охватила и Восточную Германию. Но с одной разницей. В эпоху Интернета потребители поднялись на борьбу с запланированным устареванием.

Запланированное устаревание создаёт огромный поток отходов, которые отправляют в страны третьего мира. Например, в Гану. Вот уже девять лет, как в Гану один за другим приплывают корабли, груженные контейнерами с отходами электроники. Это устаревшие компьютеры и телевизоры, которые в развитых странах уже никому не нужны.

Международный закон запрещает вывоз электронных отходов. Однако торговцы применяют нехитрый приём: они классифицируют эти отходы как подержанные товары. Свыше 80% таких товаров, прибывающих в Гану, не подлежит ремонту, и содержимое прибывших контейнеров отправляется прямиком на свалку. В бедных странах чинят все поломанные товары, идея выбрасывать товар лишь потому, что он сломался, кажется им безумной и возмутительной. В Индии есть такое слово «джугад», означающее традицию чинить поломанные вещи, каким бы сложным ни был их ремонт.

С запланированным устареванием можно бороться и путём пересмотра принципов разработки и производства потребительских товаров. Новая концепция «От колыбели к колыбели» утверждает, что если заводы будут работать в гармонии с природой, то запланированное устаревание само станет устаревшим.

Охрана окружающей среды всегда подразумевает экономию, сокращение производства, отходов и ущерба, наносимого природе. Но посмотрите на весеннюю природу, на цветущую вишню: она ничего не экономит и не сокращает. Природа – величайший производитель, но увядшие лепестки, листья и всё остальное, ставшее ненужным, – это не отходы, они питают другие организмы. Это – замкнутый цикл. Природа производит не отходы, а питательные вещества.

Промышленность может воссоздать этот безупречный природный цикл. Если недолговечный товар создан из вредных веществ, он лишь усугубляет проблему отходов, а если он создан из питательных веществ, то будет приносить пользу, даже отслужив свой срок. Но, по мнению более радикальных критиков экономики роста, одной перестройки производства будет явно недостаточно. Они пытаются перестроить всю экономическую систему и всю нашу систему ценностей. Эта концепция называется антирост.

Антирост – это дерзкий лозунг, который призывает избавиться от иллюзорной веры в возможность бесконечного роста, доказывая необходимость оздоровления общества. Суть антироста можно выразить одним словом: сокращение. Сокращение экологического ущерба, сокращение объёма отходов, сокращение непомерного производства и потребления. Сократив производство и потребление, мы обнаружим, что есть и иные формы богатства, которые не требуют поглощения природных ресурсов. Например, друзья и знания.

Наша самооценка и самоуважение стали всё больше опираться на обладание материальными благами, поскольку рухнули прежние ценности, определявшие степень нашего благополучия. Например, уважение окружающих, единение с природой и прочие духовные ценности, вытесненные потребительством. Если счастье определяется лишь уровнем потребления, то мы должны быть абсолютно счастливы, поскольку потребляем в 26 раз больше, чем во времена Маркса. Но все опросы показывают, что мы не стали в 26 раз счастливее. Поскольку счастье – это, конечно, субъективное понятие.

Критики антироста опасаются, что он разрушит современную экономику и ввергнет нас назад, в каменный век. Возвращение к экологическому балансу, при котором человечество влияет на экологию не больше, чем силы самой природы, не означает возвращение в каменный век. В масштабах такого государства, как Франция, оно означает возвращение к уровню 60-х, но уж никак не к каменному веку.

«Мир достаточно велик, чтобы накормить досыта всех людей, но он слишком мал, чтобы насытить человеческую алчность». (Ганди)

Эффект лампочки. Тайная история запланированного устаревания. Застарелый конфликт между производителями и потребителями продукции в современном обществе. Суть его заключается в том, что первые намеренно сокращают срок службы выпускаемых товаров, заставляя вторых почаще наведываться в магазин. В противном случае производство станет просто нерентабельным. Вот почему современные лампочки перегорают так часто, а старинные до сих пор работают.

Фильм о конфликте между производителями и потребителями: первые намеренно снижают срок службы, чтобы вторые почаще наведывались в магазин.

http://www.youtube.com/watch?v=1OYi6M-I ... re=related
StreetRacers
Сообщения: 225
Зарегистрирован: 26.02

"Тайная история запланированного устаревания" (док. фильм, 2010, Франция - Испания)

Сообщение StreetRacers »

Застарелый конфликт между производителями и потребителями продукции в современном обществе - тема популярного фильма Козимы Данноритцер. Суть его заключается в том, что первые намеренно сокращают срок службы выпускаемых товаров, заставляя вторых почаще наведываться в магазин. В противном случае производство станет просто нерентабельным. Вот, почему наши лампочки перегорают так часто ...

Ссылки доступны только зарегистрированным пользователям


скачать звуковую дорожку (2 части по 7,5 МБ):
http://yadi.sk/d/DbNaw7g315pXK
http://yadi.sk/d/swwDhRXb15pZU

смотреть:
http://www.dokfilms.org/news/ehffekt_la ... -09-26-876
http://dokonline.com/dokumentalnie-film ... aniya.html

скачать видео (533,5 МБ):
http://narod.ru/disk/20823857001/Compra ... r.avi.html

торрент:
http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=3677304
читатель
Сообщения: 246
Зарегистрирован: 14.05

Re: Нищие в ловушке потребительства

Сообщение читатель »

Платон Беседин


Когда кончатся нефть и газ
Страна, как развалившийся барин, почивает на диване, питаясь соленьями и вареньями из старых запасов

Начало сентября я провёл в настоящей русской деревне. Выйдешь в поле – опьянеешь от ароматов: тысячелистник, клевер, чабрец, зверобой – настоящая зелёная аптека. А дальше малахитовой стеной высятся густые брянские леса, спасшие тысячи русских людей.
http://f15.ifotki.info/org/c3274cbfd346 ... 290071.jpg

Трапезничали во дворе под раскидистой яблоней. Убирая со стола, я смахнул остатки хлеба в мусор. И тут же услышал от бабушки:

– Ты что делаешь, внук? Страшный грех – хлеб выкидывать!

– Это же крошки, ба!

– В Сталинграде такие были бы счастьем!

Истории про отношение к хлебу во время войны я слышал часто. Но в такие моменты почему-то всегда вспоминал роман «Сердца четырёх» Сорокина. То место, где ветеран рассказывает мальчику о хлебе, а затем начинается постмодернизм. Наверное, потому и не трогает меня подобное, не будоражит сознание:

– Знаю, знаю, ба…

На следующий вечер, когда ситуация повторилась не только с хлебом, но и с остатками еды, дед предложил прогуляться к озеру. И рассказал историю. Рассказал судорожно, болезненно, точно девица, которая никак не разродится.

Продовольственные бригады пришли в поволжское село, где он жил, в тридцать втором. Реквизировать хлеб. Подчистую. Искали даже в отхожих местах, тыча палками с желобами; попадёт зёрнышко – будешь наказан.

Есть стало нечего. Разваривали лебеду, толкли бунзуки, ловили сусликов, а после перешли на лягушек. Ими часто травились, но всё равно ели.

После, когда не осталось ни травы, ни лягушек, начали пухнуть с голоду. Превращаться в мешковидные тромбы. И умирать. Дизентерия, тиф, малярия. Пожарные команды сваливали трупы в ямы. К мёртвым попадали живые. Попадали и пытались есть. За каннибальство вешали, но он стало нормой.

Дед, семилетний пацан, пришёл домой, на печке лежит распухшая мать, стонет:

– Я тебя съем…

В слёзы, рыдания. Хорошо, что отец подоспел. Забрал. Сели у соседей, стали думать, как выжить. И тут одна древняя бабка вспомнила: «Идите на кладбище. Я видела, как там поповскую жену хоронили. На ней золото было».

Пошли на кладбище. Отыскали, раскопали могилу. На трупе – кольцо, крестик, серьги; всё золотое, массивное. Надо идти до ближайшей управы, обменивать. Золото сдали, а взамен получили два пуда зерна, два килограмма селёдки, одну сайку хлеба и кусок масла. Тем и выжили.

– А ты фыркаешь, – закончил рассказ дед, – то не ем, это не буду, да все объедки выкидываешь…

Он договорил и пошёл спать. А я сидел, думал, сколько всё это: масло, селёдка, зерно, хлеб – может стоить сейчас? Какие эмоции вызовет?

Сижу в гостях, день рождения отмечаем. После застолья помогаю убраться. Хозяйка сваливает остатки с тарелок в мусорное ведро. На мой удивлённый вопрос «может, собаке отдать?» реагирует болезненно, нервно. И, правда, у них шпиц отварную печёночку наворачивает, а тут я со своими советами. Нет, прошли времена, когда Вера из «Вокзала на двоих» остатки по судочкам аккуратно раскладывала. Теперь это и не еда уже вовсе. Хоть и можно такими объедками половину детей Замбии накормить.

Ощущение такое, словно большинство русских превратилось в хохлов (не в украинцев, а именно в хохлов), которые если не съедят, то понадкусывают. А после выкинут как использованное.

И бабушка не скажет, что грех – хлеб выкидывать. И дедушка историй им не расскажет. А если кто и заговорит, то слушать не будут. Даром, что своего ума – на пентхаусы, иномарки и айфоны ведь заработали – хватает. Ну а хлеб, что за еда? Тут деликатесы, гарсон, подавай.

Заели, очаровали вау-факторы по Пелевину, потому и фотографируют то, что едят.

Культ еды повсеместный. Какой телеканал ни включи – готовят, жуют с паузами на скабрезные шутки. Приросли к плитам, столам – ну, точь-в-точь хищные гидры. Журнальные, книжные развалы – в «Тысячах рецептах» и «Вкусно готовим».

Секта чревоугодников пробует бегло, нагло, на зуб. Боятся не успеть, пропустить, а вдруг не достанется? Вдруг снова очереди за колбасой? Но нет – фух, слава богу! – товара хватает. Но то ли колбаса не та, то ли вкусы изменились – удовольствия нет.

В восьмидесятые Гребенщиков пел о море информации, в котором мы все тонем. Времена изменились, теперь помимо информации мы тонем в море едва использованных вещей, закольцованные, запрограммированные на один большой секонд-хэнд.

Моя однокурсница, заочница, перед родами купила девочке несколько десятков распашонок, бодиков, комбинезонов и прочего роддомовского добра. Куда столько, если через месяц они будут малы, для чего?

Наверное, чтобы дочка от мамы не отставала. Мама-то модная. Как и другие мои однокурсницы. Каждый день стараются прийти в новом наряде.

Эколог глядел, глядел на такое, а к концу семестра не выдержал: дал яростную лекцию о потребителях, которые джинсы три раза наденут, а потом выкинут, да телефон меняют, едва новая модель выйдет.

Когда я ходил на субботник, убирать район, то вместе с бутылками, окурками, банками, другими отходами находил какое-то дикое, невероятное количество обуви. Никому она не нужна.

Есть ведь своё. А ещё хочется нового, модного. Срочно купить, старое не успев отдать. Те, кого вспомнишь, не возьмут. А тех, кому нужно реально, не вспомнишь.

Любая улица города – продукты, одежда, техника, аптеки. Жрут, пьют, одеваются, а потом лечатся от всего этого.

Потребляют, потребляют, но не насыщаются. Говорят о прогрессе, но где он, если утрачено само понимание стоимости товара? Цена определяется чем угодно, но только не реальными производственными усилиями, не трудом.

Толстой полагал, что каждый обязан трудиться, создавать продукт самостоятельно. Он заразил толстовством тысячи людей, но и до него русский народ почитал труд не только материалистической, но и обязательной нравственной категорией.

Каждое утро моя бабушка поднимается, готовит, идёт на огород, поливает, ковыряется в нём. А я не понимаю:

– Отдохни, ба!

Смотрит на меня, точно безумие ляпнул:

– На том свете все отдохнём…

Трудиться значит жить. Данное понимание у русского народа всегда было системообразующим, базовым. Только через труд можно было осознать, понять жизнь.

Это потом засланные казачки и местные агитаторы внушили нам, что русский человек ленив и необязателен, не способен к труду и ищет, где бы сачкануть да пофилонить. Но если это было бы правдой, то смогли бы наши предки возвести всё то, что передали нам, всё то, что мы так ретиво и нагло доедаем?

В пивной компании, где я работал несколько лет назад, печатали только на чистовиках. Раз в месяц нам завозили грузовик бумаги. Когда я решил использовать черновики, получил выговор – мы что, нищие колоброды, бумагу позволить себе не можем?

Практически всё, что мы имеем – наследие предков. От водопроводной и электрификационной системы до медицины и армии.

Что за последние двадцать лет мы произвели, вырастили? Что дали себе, государству, детям? Где наши фактические достижения? Сколько фабрик, заводов построено? Сколько больниц, школ открыто? Сколько деревьев посажено?

Это ведь раньше нормой считалось посадить дерево, вырастить сына и построить дом. А теперь – вырубка, childfree и махинации. И вечные разговоры о том, что страна, в которую мы, видимо, попали случайно, нам всем должна. Не та страна, не тот народ, не те люди – самоуспокоительное бла-бла-бла, повторённое, точно мантра, миллионы раз миллионами ртов. Будто не твоя это страна вовсе и не ты часть своего народа.

Пора спросить себя, что ты стране должен.

Между тем, идея спасения – доминантная идея русского народа. Спасения себя и других. Прежде всего, будущих поколений. Но, похоже, впервые за долгие годы эта ключевая для народа идея утратилась, затерялась. И вместе с этим государство, нация попали в производственный коллапс.

Я оканчивал радиотехнический и психологический. Примерно двадцать из двадцати шести моих одногруппников работают в сфере торговли. С психологами – та же история. Торгуют, торгуют. Чем, если нет производства? Похоже, что воздухом. Барыжат друг другу, обличая его – сбылось пророчество постмодернизма – в деньги, которые, сколько бы на них ни молились, фактически ничего не стоят. Ведь за ними – абсолютная пустота.

Всё рухнет не тогда, когда у России кончатся нефть и газ – нет, всё случится куда раньше. Тогда, когда исчезнет последний работник производства. Он будет реликтом, он будет спасителем. Но и его уничтожит система. Завербуют в менеджеры. Или затянут в ди-джеи. Он станет частью единого обслуживающего персонала, который по совместительству будет зваться народом Российской Федерации.

К этому всё идёт. Страна, как развалившийся барин, почивает на диване, питаясь соленьями и вареньями из старых запасов. Цена жизни забыта, утрачена. Она априори не осознаваема в системе, где всё не имеет реальной основы и реальной оценки. А, следовательно, обречена и сама жизнь.

Так будет. Если старый хлеб не превратить в панировочные сухари.

http://www.chaskor.ru/article/strana_parazitov_34180
via http://sandra-nova.livejournal.com/724894.html#comments
Ответить