Александр Бурьяк
http://bouriac.narod.ru/Pesniary.htmВсякое государство, чтобы хоть как-то держаться на плаву,
культивирует разные лестные символы себя дорогого, а также
благоденствующего подначаленного народа. Среди официальных
белорусских символов одно из первых мест занимает музыкальный
коллектив "Песняры" с его руководителем (ныне покойным и леген-
дарным) Владимиром Мулявиным.
Всё в этом деле было бы замечательно (внешне, по крайней мере),
но некоторые из "песняров" на старости лет настолько разоткровен-
ничались, что нарисовалась картина, достойная пера скандального
писателя-евреелюба Григория Климова -- несгибаемого борца с
дегенерацией. Несмотря на это, отдельные апологеты продолжали
строчить:
"'Песняры' -- это наше все. За 40 лет творческой жизни коллек-
тива в нем работали самые лучшие музыканты Беларуси." ("Как дели-
лись 'Песняры'", 15.10.2009, с сайта
http://www.sn-plus.com)
На самом деле эрзац-белорусская музыка "Песняров" не особо-то
в Беларуси и популярна. Довольно многие белорусы далеко не млеют
от "Песняров", а то их и вовсе не любят. Правда, это можно частью
списать на различие вкусов, недоразвитость музыкальной потребнос-
ти, склонность людей к зависти и злословию, а также на успехи
песнярских конкурентов, особенно заграничных.
Приставание к современной белорусской молодёжи (20-30 лет) с
просьбой назвать десять шлягеров от "Песняров" обычно заканчива-
ется 3-5 песнями. Но хотя бы все знают, кто это такие. И это
после нынешних-то принудительных мер по "раскрутке" белорусской
музыки на белорусских радиостанциях! (Доступ песнярской музыки к
молодым сердцам отчасти затрудняется, конечно же, тем, что эта
музыка -- больше концертная, а не танцевальная, но ведь если бы
получалась у "Песняров" и танцевальная, они бы вряд ли избегали
исполнять её.) Сам я оказался в состоянии припомнить от силы
двенадцать мастерписов от "Песняров", но думаю, что песнярских
хитов существует всё-таки не менее пятнадцати.
(Вообще говоря, трень-брень и не должно оттягивать на себя
много внимания. Претензия здесь лишь к тому, что про это самое
трень-брень говорят как про одно из главнейших национальных
достижений, по поводу которого каждый истинный белорус должен
раздуваться от гордости.)
Творчество "Песняров" эпохи Мулявина после сорока лет "раскрут-
ки" таки впечаталось в массовое сознание белорусского народа (и
части российского), но назвать их место там значительным было бы
не правильно: оно не намного более важное, чем то, какое занимают
Beatles, ABBA, Жо Дассен, Мирей Матьё, Демис Руссос или выпускник
молодеченского музыкального училища москвич Юрий Антонов. Кстати,
шлягеров у Антонова было побольше, чем у Мулявина, да и покрепче
они песнярских. Тем не менее "с мест" сообщают, что "Песняры" всё
ещё кому-то интересны. С форума на сайте zhurnal.lib.ru
(07.03.2005), о концерте новых "Песняров" в Нижнем Новгороде:
"Это полесская легенда вошла в души всех советских людей,
открыла кристальные родники народных талантов в близких этносах.
И ее отец -- сибиряк, яркий композитор и певец Мулявин! Аншлаг у
'Песняров' будет еще долго. Поскольку память о них жива у многих
поколений в СНГ. А вот 'Сябры' в который раз не продали билетов
даже на треть зала, хотя и стараются петь, как 'Песняры'. Концерт
отменили." ("'Еврейские Песняры' под руководством
'Козлевича'")
Надо заметить, феномен "Песняров" -- очень белорусский: не в
смысле усов, костюмов, белорусской мовы и пр., а в смысле небес-
талантности, подражательности, лояльности. "Песняры" хорошо впи-
сывались в эпоху застоя, кое-как перекантовались в "перестройку"
и нормально встроились в новые белорусские реалии.
Для кучки живых белорусских классиков "Песняры" в течение мно-
гих лет были инструментом выжимания денег из многострадального
белорусского народа: поэты писали стишки про "мару-хмару", затем
"Песняры" клали на музыку, затем "спявали" по белорусскому теле-
видению, и поэтам с музыкантами шли гонорары за вещи, которые
массовым слушателем забывались уже через час после прослушки,
если таковая и случалась. Валерий Дайнеко: "Мулявин написал за
всю свою жизнь сотни песен". Ну и где эти песни? Да вот так они
в большинстве своём и профигурировали. Я самоличный свидетель
того, что в конце 1970-х в программе белорусского телевидения
почти каждую неделю стояло исполнение песен "на вершы Генадзя
Бураўкiна". Да, а сам Генадзь был в то время директором белорус-
ского гостелерадио. Формально всё было шито-крыто, а если кому-то
песни не нравились, так ведь это дело вкуса.
В 1960-е годы перед Советским государством стояла сложная
проблема: надо было что-то противопоставить музыкальным вызовам
Запада: что-то модно-молодёжное по форме, но более-менее социа-
листическое или хотя бы отечественное по содержанию. Подпускать
социализм в песенки об отношениях полов было тяжело, а вот на-
родность вроде бы получалась. В этом-то ключе "Лявоны-Песняры"
и состоялись. А ещё был мультик такой -- "Бременские музыканты":
в нём правильные (хоть и волосатые) герои в расклёшенных брюках
противопоставлялись нахально-вульгарным "певцам заграничным".
Да, музыкант без консерваторского образования Мулявин проявил
себя большим талантом и написал-аранжировал-запустил-в-оборот
десяток шлягеров. Десять шлягеров -- это существенное музыкальное
достижение. Существенным достижением является даже ОДИН шлягер.
Но достижением ЛИЧНЫМ, а не национальным (или, скорее, не госу-
дарственным, потому что Мулявин не белорус ни по крови, ни по
месту рождения). Под вопросом здесь не качество мулявинских
шлягеров, а значение, какое им придают.
Кстати, в обществе имеет место отвратительный перекос и офици-
ального, и массового внимания в сторону людей искусства и героев
развлекательных зрелищ (спортсменов, политиков) -- в ущерб инже-
нерам, врачам, учителям, администраторам, военным, пожарным,
учёным, новаторам производства и т. д. Архитекторы -- и те даже
гораздо менее на слуху, чем какие-нибудь сопляки, что-то там
пиликающие на сцене. Я эпизодически слушаю, что трындят в новос-
тях по белорусскому телевидению, но не в состоянии назвать ни
одного белорусского архитектора: не потому, что не интересуюсь
архитектурой, а потому что трындят не о ней (но может, о ней
даже трындеть нечего?!).
О пресловутом филигранном качестве песнярской музыки. Бывший
"песняр" Борис Бернштейн, профи и приближённый в своё время к
Мулявину, сообщает о творчестве усатого мэтра, среди прочего,
следующее:
"...что касается записей и проблем со звукорежесированием. Эта
проблема никогда не решалась в группе на профессиональном уровне.
Во всяком случае при мне, возможно потом что-то изменилось, но
думаю не благодаря, а вопреки ему. Он на это дело, что называет-
ся, положил, и никогда не вникал в тонкости. Интересно было
услышать его мнение, кто должен стоять за пультом, музыкант или
звукоинженер, понимающий музыку. Он отдал предпочтение так
называему музыканту -- А. Щёлокову, который иногда не знал, как
правильно покрутить ручечку, а их так много, но хорошо знал, что
голос и инструмент руководителя должен превалировать."
("ПЕСНЯРЫ ИЗНУТРИ: Борис Бернштейн о Владимире Мулявине",
откуда-то с сайта
http://community.livejournal.com)
* * *
Свой музыкальный стиль Владимир Мулявин называл "фольк-битом".
Вообще говоря, этот песнярский "бит" по отношению к западному
"биту" был тем же, чем пиво является по отношению к водке: та же
зараза, только с меньшей концентрацией активного компонента. Не
то чтобы это было очень вредно для общества, но располагало всё-
таки не к успехам на производстве и не к "яростным атакам" на
что-нибудь. Поскольку стиль был в общем западного происхождения
и на Западе он был значительно "битистее", чем в СССР, то его
местные поклонники вполне самостоятельно приходили к мысли, что
в советском обществе их источник удовольствия определённо
"зажимают", не дают людям развернуться, а значит, это общество --
в некоторых отношениях довольно-таки большая бяка.
Значительный успех мулявинцев в 1970-х объясняется не только
талантами, но и тем, что "Песняры" были на советском бит-поприще
в числе первых, а также тем, что всегда принципиально ладили с
властями. Начиная с 1970-х Мулявин был в десятке самых популярных
белорусских деятелей и уверенно входил в самые высокие минские
кабинеты. Может быть, даже иногда, как говорится, открывая двери
ногой.
По большому счёту, основатель "Песняров" Владимир Мулявин стал
жертвой белорусского эксперимента со звёздностью.
"Звезда" -- это почти всегда психический калека. Как правило,
не пороки предшествуют славе, а слава -- порокам. А вдобавок
большие "звёздные" доходы и готовность окружающих подобострастно
услужить облегчают удовлетворение дурных наклонностей. Порочность
знаменитостей -- в основном результат высвобождения того, что у
большинства незнаменитых людей находится в придавленном, латент-
ном состоянии. И дело вовсе не в психических перегрузках "звёзд-
ной" жизни: незвёздная жизнь зачастую тоже сопровождается психи-
ческими перегрузками. В обществе отсутствует понимание того, что
путь славы -- это путь саморазрушения. Лучший способ помочь
"звёздному" человеку сохранить благополучие -- это не заискивать
перед ним и вообще поменьше уделять ему внимания, а если общаться
с ним, то не делая различий с простыми смертными. Кумиров косвен-
но уничтожают их собственные поклоники: сначала создают, потом
залюбливают до потери пульса. Общество, культивирующее "звёзды",
превращает своих лучших людей в психических уродов.
* * *
"Редактор ГЦКЗ 'Россия', организатор последнего концерта Муля-
вина и 'Песняров' Игорь Козырицкий считает Владимира величайшим
музыкантом нашего времени, человеком уровня Джона Леннона и
группы Pink Floyd. 'Вклад Мулявина не только в отечественную, но
и мировую культуру огромен и еще по-настоящему не оценен', --
подчеркнул Игорь Козырицкий, выступая в эфире 'Эха Москвы'."
("СКОНЧАЛСЯ ЛИДЕР ГРУППЫ 'ПЕСНЯРЫ' ВЛАДИМИР МУЛЯВИН", 27.01.2003,
сайт
http://www.news.pesenki.ru)
Анатолий Ярмоленко, народный артист Беларуси, художественный
руководитель ансамбля 'Сябры':
"Трудная у него была судьба. Думаю, что мы все до сих пор до
конца не осознали, что потеряли в его лице величайшего музыканта
современности." (Оксана ЯНОВСКАЯ, "Владимир Мулявин. Был.
Есть. Будет", 12.01.2010, с сайта naviny.by)
Такие резкие заявления делаются, по-видимому, для того, чтобы
привлечь внимание к заявителям. Всегда ведь можно пояснить, что
"вы не разглядели, а я вот разглядел" и что "ему не дали вполне
раскрыть себя". Поди проверь, если человека уже закопали.
* * *
О патологической скромности Мулявина. Когда белорусские деятели
начинают друг друга восхвалять, меры они в этом не знают.
Леонид Борткевич:
"Муля был патологически скромен. Именно из-за этой его скром-
ности в последние годы 'Песняры очень мало звучали, нигде не
светились. Ведь чем скромнее человек, тем меньше он говорит о
себе, пропагандирует сам себя. Мулявин вообще был гений, но он
сам не понимал этого, не знал этого, не догадывался об этом. Он
ощущал себя самым обыкновенным человеком. Образно говоря, гений
одевается в простую одежду. И еще. Гений везде сеет добро. Он все
делал для людей. Но так, чтобы люди этого не заметили. Да и зва-
ния ему были не нужны. Но именно с этого и начинается художник.
Мулявин -- это Высоцкий в своем жанре. Он работал на износ, рабо-
тал всегда. На гастролях все идут на пляж, а он сядет в сторонке,
берет бумагу и пишет, пишет, пишет [музыку на вершы Генадзя
Бураўкiна -- А. Б.]. Отдыхал он мало. Поэтому у него было слабое
здоровье. Дважды он перенес клиническую смерть, но врачи
возвращали его..." ("Последнее интервью Владимира Мулявина",
сайт ckop6b.narod.ru)
Мулявин ("Последнее интервью Владимира Мулявина", сайт
ckop6b.narod.ru):
"
- 'Песняры' -- это культовая группа, вы всегда пользовались у
зрителя любовью, славой, неимоверной популярностью. Вы ощущаете
на себе эту 'звездность'?
- Я человек скромный. У меня никогда не было звездной болезни."
Напоминает детский медицинской анекдот.
Леонид Борткевич:
"Это были гастроли в Ялте, в рамках фестиваля 'Крымские зори.
В гостинице, где мы остановились, должны были дать два номера
'люкс'. Один Володе, второй -- Валере Мулявину. Но к нашему при-
езду свободным был только один номер 'люкс'." ("Моя жизнь в
'Песнярах'", 07.07.2003,
http://www.belgazeta.by)
Тут, скорее, надо говорить не о патологической скромности
Мулявина, а о его патологическом стремлении подчеркнуть свой
особый статус.
Валерий Скороженок, солист Белорусского государственного
ансамбля 'Песняры:
"Летом 2000 года мы летели в США. Владимир Георгиевич -- в
салоне бизнес-класса, мы -- эконом. Нас тоже кормили во время
перелета, подавали напитки, но все это было попроще, чем в
бизнес-классе. Так Мулявин умудрился угостить нас напитками,
положенными для пассажиров бизнес-класса. Он никогда не отрывался
от коллектива, никогда не кичился положением руководителя. На
сцене -- да, он -- лидер, в быту -- один из нас." (Оксана
ЯНОВСКАЯ, "Владимир Мулявин. Был. Есть. Будет", 12.01.2010,
с сайта naviny.by)
За чужой счёт и посредством злоупотребления чужой вежливостью
скромный Мулявин дал лояльному подчинённому похлебать шампанско-
го.
По-видимому, Мулявин был не безразличен к материальному изоби-
лию вокруг себя, а всего лишь оставлял другим заботу о деталях
офорления этого изобилия, из-за чего у некоторых и возникала
иллюзия его непритязательности.
* * *
Мулявин хорошо вписался в белорусскую культурную среду Скарын-
кiных-Бураўкiных-Лучанкоў.
Белорусская песенная лирика -- по большей части плоская, с
затасканным набором образов: "зорка", "птушка", "дзяўчынка-
галинка", "папараць-кветка", просто "кветка", "мара-хмара",
"ранак-каханак" и т. п. В защиту "Песняров" здесь можно сказать,
правда, что они только начали всё это затаскивать, а затаскали
уже помимо них.
Да, "Песняры" были популярны, но лично мне в то время больше
нравились "Отель 'Калифорния'" и "Дом восходящего солнца". И
большинство моих сверстников, у которых жизнь выстраивалась
вокруг магнитофона, крутили всё-таки не "Касiў Ясь канюшыну",
а что-нибудь из Beetles, Pinc Floyd, Eruption, Boney-M, Space
и Высоцкого.
* * *
Звездизм поощряется власть имущими, потому что является инстру-
ментом манипулирования массами: сначала власти пропихивают в мас-
совое сознание "звезду", потом благодарная "звезда" превозносит
мудрые власти. Правда, большинство "звёзд" при случае охотно сбе-
гают из страны, которая их вырастила, туда, где где им комфортнее
(больше платят и т. д.), не считая себя обязанными этой стране
чем-то существенным.
Владислав МИСЕВИЧ о привязанности к "родной земле" белорусских
"звёзд":
"...через ансамбль 'Песняры прошло около 30 музыкантов, из них
6 живут в США." "Тышко женился на еврейке и уехал в Израиль."
("Мулявин окончательно спился" -- "Экспресс-газета", конец 1998
года 18 Января 2009, с сайта
http://www.pesnyary.com)
* * *
Леонид Борткевич бесстыдно делится тем, как "косил" от военной
службы ('МОЯ ЖИЗНЬ В 'ПЕСНЯРАХ',
http://www.belgazeta.by):
"Закончив учебу в техникуме, я попал в 'Песняры'. Исполненная
мною 'Александрина' зазвучала по радио и телевидению. Меня стали
узнавать. 'Песняры' должны были поехать в Сопот на фестиваль. И
тут вдруг мне приходит другая повестка в военкомат. Что делать,
надо идти. Я сразу пошел к начальнику второго отделения. Это был
лысый майор с выпученными глазами. Я с ходу стал ему объяснять,
что работаю солистом в 'Песнярах', что мы едем в Сопот
представлять нашу страну за рубежом и т.д. Но результат был
обратным. Глаза его еще больше выпучились. Он встал и начал на
меня орать, что здесь все, куда ни плюнь, кругом артисты. А
Родину защищать некому. Я пытался ему что-то ответить, но он
позвал дежурного, они провели меня в ленинскую комнату и там
заперли, пообещав завтра же 'забрить'.
"Ну все, думаю, попал, будет тебе Сопот, будут тебе 'Песняры'.
А дом мой был рядом с военкоматом. Я его видел в окно ленинской
комнаты. Сижу я возле окна и грущу. Вдруг слышу: открывается
дверь и меня зовут. Парень, который был дневальным, меня узнал и
спросил: 'Может, чего-нибудь нужно?' Я тут же написал на клочке
бумаги записку для мамы: попросил, чтобы она позвонила Мулявину и
сообщила ему, что меня отправляют служить. Дневальный сказал, что
передаст, и закрыл дверь."
"Прошло несколько часов, хотя тогда они показались мне вечнос-
тью. Как вдруг открывается дверь, и в комнату проходит представи-
тельный мужчина в генеральской форме. Позади виднелись
мулявинские усы и лысая голова военкома. Как потом мне сказали,
это был командующий белорусским военным округом."
"'Ну показывайте вашего Борткевича', -- сказал он. Я встал. Он
посмотрел на меня и сказал: 'Да, я тебя помню. Будет тебе
отсрочка. Надеюсь, на фестивале в Сопоте ты нас не подведешь?' И,
повернувшись к побледневшему военкому, сказал: 'Такие люди нам
сейчас больше в тылу нужны, чем в армии'."
"В этот раз я выкрутился. Но вопрос, как говорится, остался
открытым. Каждый раз проходить медкомиссию в военкомате с
командующим округом я, безусловно, не смогу. Надо было срочно
что-то придумать."
"После одного из концертов разговорились мы с Владимиром
Николаевым. Это был наш музыкант-многостаночник. Он играл у нас и
на духовых инструментах, и на электрооргане, и даже у него был
свой сольный номер с пантомимой, который успешно проходил в
перерывах между отделениями."
"Он сказал мне: 'Хочешь, я тебя научу. Я могу менять давление
на какое нужно. Причем я могу сделать так, что оно будет в разных
частях тела разным'. Я не поверил. 'Не может быть, -- говорю, -- а
что для этого нужно?' -- 'Ничего, только желание и тренировка'.
'Идет, будем заниматься', -- закивал я."
"Суть этого способа состояла в том, чтобы, к примеру,
расслабленные ноги напрягать потихоньку, начиная от кончиков
пальцев, все выше и все сильнее. И так можно напрягать мышцы
одной руки или одной ноги. Давление в этом случае скачет. И после
занятий с Володей у меня это получилось, более того, я и сейчас
могу это сделать на удивление врачам. Кроме того, я пошел в
ленинскую библиотеку и взял медицинскую литературу. Кто-то мне
сказал, что никогда нельзя точно доказать существование болезни,
связанной с психикой человека. Или, к примеру, никакой аппарат не
сможет показать, болит у тебя голова или нет. В библиотеке я
нашел научный трактат, вернее, докторскую диссертацию двух врачей
о деинцефальном синдроме. Это болезнь, для которой характерны
кратковременные приступы. Они начинаются с головокружения, потом
тебя охватывает страх, одновременно поднимаются температура и
давление. А после приступа частое мочеиспускание. Я проштудировал
эту книжку от начала до конца несколько раз."
"В конечном итоге меня такого подготовленного положили в Воен-
ный госпиталь на предмет выявления симуляции. Там давление мне
измеряли каждый день и составляли карту показаний. Причем могли
прийти и ночью и, измеряя давление, проверяли, напрягаю я мышцы
или нет. К счастью, все это они делали без должной бдительности.
Поэтому мне все удавалось. К примеру, поднять температуру на пару
градусов я научился еще в школе, потирая пальцами кончик
градусника. Но нужно было симулировать главное -- деинцефальный
синдром. В этой болезни приступы цикличны и должны быть
обязательны хотя бы один раз в две недели."
"Я выбрал момент как раз накануне первомайских праздников. В
госпитале оставался только дежурный врач, который в этом ничего
не понимал. Я напился воды на неделю вперед, подговорил всех
ребят, что были в палате. Они взяли меня под руки и вызвали
дежурного врача. Я вовсю симулировал, как мне страшно и плохо.
Прибежал врач. Меня положили на кровать, измерили давление. Как я
уже говорил, этот врач в таких болезнях не разбирался. Он снял
показания, записал все симптомы и, когда мне ввели успокоитель-
ное, ушел. А наутро уже зашел зав. отделением. Она прочитала то,
что написал дежурный врач, опросила ребят в палате и сказала:
'Так у него самый настоящий деинцефальный синдром. Готовьте
мальчика к выписке'. Через несколько дней меня выписали, и я
получил 'белый билет'."
Потом из этого симулянта-белобилетника сделали популярную
фигуру, чуть ли не национального героя уровня Мулявина.
Лирическое отступление о Родине.
Добрая старая Англия! Да поразит тебя сифилис,
старая ты сука! Ты скормила нас червям!
Ричард. Олдингтон "Смерть героя".
Неприязнь к отечественному -- зачастую следствие неприязни
отечества к своим гражданам. Сраное отечество пусть защищают его
сраные любимцы, освобождаемые от военной службы. У меня есть не
то чтобы мечта, но так -- желание, чтобы однажды отечество при-
ползло ко мне на коленях и стало клянчить: ЗАЩИТИ МЕНЯ! А я бы
ему в этом случае ответил: "Но почему я?! Пусть сначала встанут
стеной твои выдающиеся спортсмены, певцы, музыканты, победитель-
ницы конкурсов "мисс такая-то", академики, доктора наук, сенато-
ры, депутаты всех созывов, члены Союза писателей, чиновники
верхних десяти рангов, лауреаты государственных премий, стипен-
диаты специального фонда, а также многодетные отцы и матери,
которые получали квартиры за мой счёт, и их дети. Если все они
вот так вдруг встанут, то мне уже вроде как и места в этой стене
не будет." Но по-видимому, всё окажется гораздо проще: встану я
стеной, не встану я стеной, отечество по большому счёту так и не
заметит моего существования. Но это всё-таки много лучше, чем
обратить на себя внимание отечественной правоохранительной
системы, и когда я задумываюсь об этом, я бываю почти счастлив.
* * *
Скучно мне было в 1980-х годах радоваться творческим и матери-
альным успехам Мулявина: хотелось уже и своих. А с ними была
напряжёнка, потому как я ни петь, понимаешь, ни плясать.
Припоминаю то бесславное время. Эпоху великого Мулявина и мел-
ких политических деятелей типа Брежнева и Машерова. Давно уже
отгремела война, а жилищная проблема всё ещё отравляла жизнь
очень многим белорусам, включая даже меня. Кроме того, хотелось
какой-то серьёзной научной или инженерной работы, но с этим жела-
нием некуда было податься: если и существовали где-то в Минске
подходящие прорывные коллективы, нуждавшиеся в притоке молодых
сил, то доступная информация о них отсутствовала. А вдобавок
дамокловым мечом висела над головёнкой проблема прописки.
Вроде, всё было "схвачено" у Машерова: МАЗы-БелАЗы, "Песняры",
Хатынь, Брестская крепость, Марат Казей, Колас-Купала, Ханок-
Лученок, "Девочка ищет отца", белорусские делегации на Генераль-
ной ассамблее ООН. А толку? Это всё были фасадные вещи, прикры-
вавшие массовые жилищные трудности, мелочность интеллектуальной
жизни, отсутствие могучих людей.
Мулявин -- осколок, а где-то и символ мелкой гнилой эпошки, в
которую отравлялась жизнь моего поколения. Ну что я могу сказать
о тогдашних фигурах? Если у нас были какие-то радости и достиже-
ния, то больше не благодаря вам, а вопреки вам, уроды. И чего вы
добились-то своей вознёй? Ваши имена мешаются с грязью, ваши кин-
деры пьют, колются и раньше времени играют в ящик. Ночные зверюш-
ки ходят какать на ваши могилки. Вы -- оболочки без содержания.
Вы -- символы, означающие всякую ерунду. На смену вам пришли
такие же нравственные калеки, вдобавок интеллектуально ущербные,
и их ждёт такая же, как и вас, участь.
* * *
"Песняры" и белорусский "режим" ('Белорусские песняры' --
джентльмены белорусской эстрады, Оксана ЯНОВСКАЯ, 03.10.2009, с
сайта naviny.by):
"В 1994 году на юбилейном концерте легендарного ВИА музыканты
были в ударе, а публика -- в восторге. А еще тот концерт памятен
визитом недавно избранного президента Беларуси. Александр
Григорьевич поведал, что, несмотря на боли в пояснице, сам пришел
на концерт и привел за собой всю администрацию и весь кабинет
министров: 'Песняры' этого заслуживают'! А уж после фразы молодо-
го президента 'Тоталитаризма в искусстве не будет!' последовали
бурные продолжительные аплодисменты, как написали бы в советской
прессе."
Да уж, тоталитаризма в белорусском искусстве нет: твори, что
хочешь, только не оскорбляй несменяемого главы благословенного
белорусского государства, не пропагандируй нацизма, не призывай
к войне (пусть даже и священной) или к сковыриванию нынешней
власти революционными средствами (а нереволюционными её фиг ско-
вырнёшь). Можешь толкать в массы любое дегенератское уродство,
лишь бы хавали. Правда, надо ещё пробиться через (или вбиться в)
сложившиеся кланы хитрозадых белорусских талантиков, но это уже
проблема клановости, а не тоталитаризма.
Лирическое отступление
о больших начальниках.
Я в принципе спокойно отношусь к людям с нешироким умственным
горизонтом: ну не всем дано постигать эпохи, ничего тут не поде-
лаешь. Я даже спокойно отношусь к попаданию таких людей в большие
начальники: пусть утешаются хотя бы этим. Но я совсем не перева-
риваю деятелей, которые, пробившись "наверх" инстинктом, нахра-
пом, а может, и волею дураков, высказанной на выборах, считают,
что обязаны этим своему УМУ и даже не пытаются расслышать и
понять, о каких проблемах и решениях говорят люди думающие, не
повторяющие расхожих псевдоистин.
Я вас не люблю, не уважаю, не считаю полезными существами на
земле. Если вы будете тонуть на моих глазах, я сделаю вид, что не
слышу ваших воплей. А при надёжном отсутствии свидетелей я, может
быть, даже наступлю на ваши корявые пальцы, цепляющиеся за борт
шлюпки. Это ведь будет не потеря: на ваше место легко найдутся
другие.
Нет, вы вполне переносимы в качестве современников: надо всего
лишь несколько отстраняться мысленно от загаживаемой вами общест-
венной жизни и смотреть на неё чуть-чуть свысока, а иногда и
развлекаться бросанием камешков в вашу мутную воду и наблюдением
последствий.
Вы можете воображать о себе, что хотите, и упиваться своими
псевдоуспехами. Закончите вы так же, как заканчивали до вас вам
подобные. А если не вы так закончите, то дети ваши, что для вас
ещё хуже.
Вы думаете, что выше вас только бессмертные боги? Нет, там
всего лишь мы. У нас тоже есть слабости, но они не вашим чета.
У нас обычно хватает возможностей, чтобы сносно устраиваться
среди вашего абсурда. Мы принимаем эстафету от таких, как сами;
передаём эстафету таким, как сами. События развиваются приблизи-
тельно так, как мы предсказываем. Мы мало что скрываем от таких,
как вы: мы вам всего лишь не навязываемся. Наши идеи так или ина-
че со временем частично выходят за границы нашего круга и влияют
на вас, несмотря на вашу косность. Лучшее в этом мире -- от нас,
худшее -- от вас и предводительствуемой вами (и адекватной вам)
человеческой массы. Мы не имеем надёжных оснований утверждать,
что мы вас в конце концов пересилим: нас единицы, вас -- несмет-
ные толпы. Но если мы вас не пересилим, у вас может получиться
так, что на планете не останется ни наших, ни ваших.
* * *
Мулявинские висячие усы были не менее значимой находкой, чем
усы-щёточка Адольфа Гитлера.
* * *
Любимый анекдот Владимира Мулявина:
Журналист обращается к артисту:
- Я слышал, что вы под 'фанеру' поете.
Тот отвечает:
- Конечно. А под водочку я и сплясать могу.
Такой ерундой могут умиляться разве что начинающие алкоголики.
У меня есть не то чтобы очень любимый анекдот, но приходящий на
ум в связи с пёстрым этническим составом "Песняров":
Встречаются два еврея:
- Ну как, Изя, ты-таки уже устроился на работу?
- Да, в оркестр русских народных инструментов.
- Ну и шо, неужели там все русские?
- Конечно, нет! Правда, есть один. Но ты же знаешь, они везде
пролезут!
* * *
Стиль песняровского вокала -- слащавая тенорность. Теноры --
это вообще бич эстрады. В лучшем случае у кого-то случается
баритон, о басе же только мечтать приходится. Тенорность нехороша
тем, что означает женоподобность. Она вполне сочетается с патла-
тостью и физическим слабосилием.
* * *
Непереезд Мулявина в Москву вполне объясняется желанием остать-
ся первым парнем на деревне. Собственно, это желание вполне ис-
полнилось: до самой смерти он был в Беларуси ФИГУРОЙ. Да и после
смерти тоже. Уж он-то входил в десятку самых-самых.
* * *
Справедливая оплата творческого труда -- вопрос очень сложный.
Им кажется, что ОНИ собирают полные залы. В действительности же
это ИМ собирают полные залы. А сами они -- только последнее звено
в длинной цепи собиральщиков. Ну, или front-end большой системы.
Чтобы собирались полные залы, кто-то должен эти залы построить.
И кто-то должен накормить, одеть и т. д. собирающихся, иначе им
будет не до зрелищ.
* * *
Глубинное влияние Мулявина на массовую белорусскую культуру
проявилось в том, что довольно многие из простонародья -- кто
попсихопатистее -- стали носить висячие "мулявинские" усы. А к
интеллигентам это как-то не привязалось. Правда, этим плебейским
способом заделался почти-белорусом известный минский журналист
Павел Израилевич Якубович.
* * *
"Песняры" -- группа культовая. У каждого культа есть свои
служители, кормящиеся от него и заботящиеся о том, чтобы никто
этого культа не подорвал. Между тем, поклонение кумирам -- это
признак законченного плебейства, принадлежности человеческому
стаду. Люди, не желающие быть частью стада, никому не поклоня-
ются: они могут интересоваться, уважать, использовать, критико-
вать, терпеть, завидовать, даже подчиняться в некоторых пределах
ради успеха совместных действий или чтобы выгадать момент, но они
не могут испытывать радости самоунижения, смотрения снизу вверх:
наслаждаться сознанием чьего-то превосходства над собой.
* * *
После смерти Мулявина настало время мулявинских апостолов.
Социальный вес каждого определяется тем, сколько времени он про-
торчал при великом человеке: больше проторчал, значит, больше
впитал благодати. Все апостолы (кроме отщепенца Бернштейна и
фрондёра Дайнеко) говорят о гениальности Мулявина -- в интересах
повышения значимости своего апостольства.
* * *
Хорошие музыкальные группы обычно со временем распадаются (как
правило, из-за творческого истощения). Не так было с "Песнярами":
у этой группы обновлялся состав, но оставался неизменный Мулявин.
Потом Мулявин умер, а "Песняры" всё равно сохранились. Более того,
они даже размножились. Из статьи "Как делились 'Песняры'"
(15.10.2009, с сайта
http://www.sn-plus.com):
"После смерти основателя коллектива Владимира Мулявина появи-
лось несколько составов 'Песняров'. Все эти годы шла необъявлен-
ная война за звание 'самых настоящих' 'Песняров'. Однако из мно-
жества 'Песняров' всерьез можно говорить о двух коллективах:
'официальном наследнике' -- Белорусском государственном ансамбле
'Песняры' и группе 'Белорусские песняры'. В составе последней,
совсем скоро отмечающей 10 лет творческой деятельности, работают
пятеро музыкантов из первых 'Песняров', среди которых заслуженный
артист Беларуси Владислав МИСЕВИЧ, создававший легендарный ВИА
вместе с Владимиром Мулявиным, и заслуженный артист Беларуси
Валерий ДАЙНЕКО, известный публике своим неповторимым голосом,
человек с талантом аранжировщика."
"Как делились 'Песняры'" (Оксана Яновская, 15.10.2009, с сайта
http://www.sn-plus.com):
"Факт: Когда 'Белорусские песняры' давали юбилейные концерты в
Кремлевском дворце, Леонид Борткевич навел на них борцов с
экономической преступностью: мол, незаконно используют в своем
названии слово 'песняры'. Как и следовало ожидать, российские
правоохранители не обнаружили криминала в деятельности белорус-
ских артистов."
"Владислав Мисевич: В нашем репертуаре две песни Игоря Лученка,
одна -- Владимира Мулявина. Заполняя рапортичку после концерта,
мы указываем фамилии этих композиторов, чтобы отчислялись авторс-
кие вознаграждения. За 10 лет работы 'Белорусских песняров'
Олегом Авериным и Александром Катиковым написано около 50 новых
песен. Видите ли, у старых коллективов есть такая проблема:
радиостанции, телевидение просто не хотят брать в ротацию их
новые песни. Нам за 10 лет удалость раскрутить две песни: 'Только
с тобой' и 'Бялявая, чарнявая'. Мы гордимся, что эта песня на
белорусском языке суперпопулярна в России."
Да не "раскрутить" им удалось только "две песни", а скорее
всего только две песни у них по-настоящему и получились. (Вообще,
разве изначально не ясно, станет песня шлягером или не станет?
Наверняка в большинстве случаев ясно, но ведь надо чем-то запол-
нять концертные программы и "альбомы" до их типового объёма!)
* * *
Валерий Дайнеко:
"Мулявин написал за всю свою жизнь сотни песен и лишь две из
них стали шлягерами: 'Александрина' и 'Крик птицы'. А больше и не
нужно. Это мировая практика, где исключения разве что у
'Beatles'. ("Как делились 'Песняры'" (Оксана Яновская,
15.10.2009, с сайта
http://www.sn-plus.com)
Будем считать это доброжелательной оценкой Мулявина-композитора
музыкантом-профессионалом: только два шлягера.
* * *
Так гений был Мулявин или не гений? Из интервью Валерия
Дайнеко ("Главный мачо 'Белорусских песняров', 7 чэрвеня 2009,
сайт udf.by):
"
- Говорят, с гениями тяжело работать в одном коллективе:
- Работать было не тяжело, а абсолютно легко, в быту в том числе.
Но слово 'гений' я бы убрал. Он очень талантливый, трудоспособный
до гениальности, но не гений. Ему не все так легко давалось, и
сочинялось, и писалось. Очень большая работа над его песнями
проделывалась аранжировщиками ансамбля. С Володей мы и ругались,
и спорили. Только что не дрались.
- Почему ты уволился?
- Мне, вернее, нам (я не один ушел), стало стыдно выходить на
сцену, обманывать публику, говорить, что у Мулявина очередной
почечный приступ. А он банально напивался. Не боюсь я об этом
говорить. Да уже фактически и ничего не делал, не писал. Его
нужно было спасать. Но как? Бросить пить мы его заставить не
могли. Предложили ему: 'Отдыхай, пиши, выходи на сцену на две-три
знаковые песни'. Он отказался. Видимо, по подсказке супруги,
которая вкладывала ему в уши совершенно другие слова. Не хочется
об этом вспоминать, но то, что в последние годы перед нашим
уходом из 'Песняров' происходило, иначе не назовешь, как полный
разброд."
* * *
Откровения любителя попеть о светлых чувствах. Из интервью
Валерия Дайнеко ("Главный мачо 'Белорусских песняров', 7 чэрвеня
2009, сайт udf.by): "
- Рок-н-ролл -- это секс, наркотики и алкоголь. А популярная
музыка -- это?...
- Это -- секс, наркотики и алкоголь! Кто отдал все это только
рок-н-роллу?! Это касается всей музыки. Джаза особенно. Рокеры с
них пример брали. Отличие в том, что попса -- это алкоголь и
разнузданный секс, кто с чем пришел, тот и есть."
Да, так вот и было: подманивали наивных девушек слащавой
лирикой, а потом хищно набрасывались на них и лишали чести и
приличного будущего.
* * *
Мулявин и евреи. Из статьи "Владимир Мулявин. Был. Есть. Будет"
(Оксана ЯНОВСКАЯ, 12.01.2010, с сайта naviny.by).
Измаил Капланов, композитор:
"- В 1968 году Володя и Валера Мулявины, Владислав Мисевич пришли
работать в инструментальный ансамбль 'Орбита-67', аккомпанирующий
Нелли Богуславской. Я руководил этим коллективом. То, что Мулявин
-- выдающийся музыкант, неординарная личность и сможет многого
достичь, было понятно сразу. Работали мы очень плодотворно, было
много концертов. Свои самые первые музыкальные аранжировки
Владимир Мулявин написал именно для Нелли Захаровны. Это были его
первые шаги на профессиональной сцене, большая творческая
работа."
Нелли Богуславская, заслуженная артистка Беларуси:
"Мы дружили семьями, пока он был женат на Лиде Кармальской."
Можно сказать, Владимир Мулявин был в Минске тепло встречен и
поддержан еврейской музыкальной общественностью.
Национальный состав "Песняров" всегда был такой, что называть
этот ансамбль белорусским можно было только по признаку прописки.
А по этническому признаку он был эрзац-белорусским.
Борис Бернштейн, состоявший в "Песнярах" с 1982 по 1986 г, был
наверняка очень хороший музыкант и, возможно, даже неплохой
человек, но введение его -- при его до гротеска ярко выраженном
еврейском типаже и его супер-еврейской фамилии -- в состав
белорусской группы было всё-таки издевательством Мулявина над
робким национальным чувством белорусов. Ведь вряд ли Мулявин
таким образом ломал комедию, или намекал на свою потаённую оппо-
зиционность КПСС, или вымогал какие-то льготы. С такой семитской
физиономией, как у Бориса Бернштейна, даже просто ходить по минс-
ким улицам в наши дни неприлично: надо хотя бы побриться, а то и
осветлиться. И я таки не удивлюсь, если однажды вскроется, что
Мулявин состоял в евреемасонской ложе и добавил Бернштейна в свою
группу по её заданию -- с целью подогрева антисемитских настрое-
ний в Советской Белоруссии.
С сайта
http://www.e-slovo.ru (Анатолий Вейценфельд "'Песняр с
еврейским профилем"):
"И вот однажды, когда ансамбль был на вершине славы -- в 1982
году -- публика была поражена: вместо одного из основателей
'Песняров', бас-гитариста Леонида Тышко, великана-усача с коло-
ритной славянской внешностью, на сцену вышел невысокий хрупкий
молодой человек, национальность которого была столь явно написана
на его лице, что можно было даже не читать афишу. А если все же
прочитать, то написано на ней было следующее: 'бас-гитара --
Борис Бернштейн'. Появление в составе легендарного коллектива,
прославившегося исполнением белорусских народных песен, в ансам-
бле, само название которого ассоциируется со славянским мелосом,
участника столь 'неподходящей' национальности, безусловно, удиви-
ло многих поклонников 'Песняров'. Всех интересовали не только
причины ухода Тышко -- состав ансамбля претерпевал изменения и
раньше, -- но и странный выбор Мулявина. Ведь наверняка в
Белоруссии можно было найти басиста достаточно высокого
профессионального уровня, принадлежащего к титульной нации и
имеющего более 'песняровскую внешность."
"Владимир Георгиевич Мулявин, последний народный артист СССР,
трагически ушедший из жизни полтора года назад, никогда не
откровенничал по поводу мотивов своего необычного 'кадрового
решения'. Но он, конечно, понимал, что приглашение в ансамбль
человека по фамилии Бернштейн и появление на сцене в составе
'Песняров музыканта с явно еврейской внешностью несут в себе
несомненный вызов определенным кругам, и чреваты риском вызвать
неудовольствие. Есть свидетельства, что Мулявину пришлось
объясняться в инстанциях, как это он 'засорил' национальную
гордость Белоруссии чуждым элементом. При этом среди поклонников
ансамбля, а это были очень разные люди, в том числе и
славянофильской направленности, разговоров на тему 'и в "Песняры"
они пролезли', не возникало -- все понимали, что в 'Песняры'
невозможно 'пролезть', и выбор приглашаемого музыканта всецело
определяется руководителем."
"Как рассказывают разные участники коллектива, Борис Бернштейн
был приглашен в группу по ряду причин: а) его рекомендовали
Мулявину несколько участников коллектива, которые были друзьями
Бориса по консерватории; б) по основному образованию Бернштейн
-- скрипач, а в 'Песнярах' скрипка была очень важным элементом;
в) Борис уже успешно зарекомендовал себя как аранжировщик, что
было существенно для Мулявина, желавшего разнообразить звучание
ансамбля; г) Мулявин хотел доказать и публике, и другим
участникам коллектива, что он может из любого музыканта сделать
песняра -- даже из человека, этнически явно не вписывающегося в
белорусский национальный ансамбль."
"Что и говорить, появление типичного еврея в 'Песнярах' публика
встретила неоднозначно. Многие поклонники ансамбля с огорчением
восприняли это как переход Мулявина к новым принципам формирова-
ния состава: от группы единомышленников -- к замещению вакантных
должностей профессиональными оркестрантами, которые просто
отыгрывают положенные ноты. Однако появление Бориса Бернштейна в
составе 'Песняров' действительно привнесло новые краски в звуча-
ние ансамбля: басовые партии звучали свежее, современнее и
интереснее, чем раньше; его многочисленные аранжировки, среди
которых -- знаменитый шлягер 'Ой, калядачки', расширили и обно-
вили репертуар легендарной группы."
"У читателя неизбежно возникнет вопрос: а как чувствовал себя
еврейский музыкант в белорусском национальном коллективе? К тому
же таком знаменитом, как 'Песняры'? Отношения в коллективе всегда
были довольно сложными, но дело тут не в национальном вопросе.
Просто 'старички' несколько свысока посматривали на новичков,
считая, что они еще должны заслужить 'право голоса', а те, будучи
более профессионально образованными, тоже не упускали случая
поставить 'ветеранов' на место. Да и не все участники коллектива
были юдофилами. Так что Бернштейну на первых порах пришлось не-
просто, но не из-за национальности -- откровенного антисемитизма
в ансамбле не было."
"То, что на телесъемках Борис всегда оказывался на дальнем
плане, -- естественно, ведь инструменталисты аккомпанирующего
состава, 'второй линии', по-английски так и называются --
sidemen, 'люди с краю', в противоположность солистам -- 'первой
линии' -- frontmen. Другое дело, что операторы с удовольствием
показывали его руки, поскольку он играл на бас-гитаре новым,
только вошедшим в моду эффектным приемом 'слэп', -- зато стара-
лись, чтобы нос в объектив не попадал. Однажды на съемках песни
'Марыся' режиссер В. Орлов потратил кучу времени, чтобы от
игравшего на скрипке Бернштейна в кадр попали только руки. А
когда Борис выразил недовольство, что его сажают перед камерой и
так и эдак и не дают нормально играть, Мулявину пришлось самому
объяснять: 'Боря, Орлов снимает только руки, чтобы твой еврейский
нос не попал в кадр!' При этом игравшие на скрипке и альте
Ткаченко и Дайнеко в кадр вошли целиком. Обидно ли было это
Борису? Несомненно! Но вряд ли это можно назвать антисемитской
выходкой режиссера лично против него -- просто таковы были реалии
конца 83-го."
"В разное время в 'Песнярах' работали и другие музыканты-евреи:
это ударник Марк Шмелькин (чье фото есть на обложке третьего аль-
бома ансамбля), клавишник Аркадий Эскин: Да и солисты-вокалисты
Леонид Борткевич, которого все помнят по 'Олесе, 'Березовому
соку' и 'Белоруссии', и Валерий Дайнеко ('Беловежская пуща') --
галахические евреи. Правда, Борткевич об этом говорить не любит,
предпочитая всем рассказывать, что он потомок князя Радзивилла --
что ж, корни этой скрытности тоже уходят в советское время: А вот
чистокровный белорус Леонид Тышко, которого и сменил в 'Песнярах'
Борис Бернштейн, ныне живет в Израиле! Сюда он переехал уже много
лет назад вместе с женой-еврейкой. В Израиле живет и бывший
звукорежиссер фирмы 'Мелодия' Александр Штильман, записавший
первые две пластинки 'Песняров', а также их двойной альбом 'Через
всю войну'."
"Вот так и получается, что без еврейского участия не обошлась
даже знаменитая белорусская фолк-группа, хотя, казалось бы, уж от
еврейства 'Песняры' были далеки как никто."
Из-за национального состава "Песняров" теперь можно аргументи-
рованно утверждать, что белорусы даже свою известную фольк-бит
группу без чужой помощи сделать не сумели.
С форума на сайте zhurnal.lib.ru (тема "'Еврейские Песняры'
под руководством 'Козлевича'", 07.03.2005):
"...наиболее приличными людьми в 'Песнярах' были чистые евреи.
Гилевич, Эскин, Бернштейн -- это люди, которым 'чисто русская
парочка' Мулявин-Пенкина даже в подмётки не годится по своим
морально-этическим и человеческим качествам. А вот другие
отличные люди: Паливода -- русский, Беляев -- русский, Ткаченко
-- украинец."
Да уж, Бернштейн и Эскин оказались личностями не по Григорию
Климову. Всю жизнь честно музицировали. Никакого компромата на
Бернштейна и Эскина, кроме факта работы в "Песнярах", обнаружить
не удалось. Это подрыв климовской теории. Нехорошо.
* * *
С одной стороны, чтобы критиковать, надо хотя бы немного разби-
раться в предмете. С другой, нет желания разбираться в том, что
не нравится. На этом противоречии основывается жизненность халту-
ры.
Полагаю, что причиной моего неприятия "Песняров" было отчасти
перенесение на них, обхоженных властью, моей неприязни к советс-
кому государству. Плюс слащавость не нравилась.
Выдающаяся музыкальная деятельность Владимира Мулявина худо-
бедно задела меня в своё время целыми четырьмя эпизодами.
1. В каком-то из неоднократно виденных мультиков "Ну, погоди!"
звучала песня "Касiу Ясь канюшыну", и волк под неё занимался
уборочными работами.
2. В неплохом новогоднем фильме середины 1970-х "Весёлая плане-
та", оформленном как концерт с сюжетом, "Песняры" в полосатых
вязаных безрукавках исполнили песню "Наши любимые". Я такие
безрукавки в те времена на колхозно-пролетарской молодёжи видел.
Эквивалент битлзовских пиджаков без воротника?
3. В Минске, в году приблизительно 1982-м мне довелось побывать
на концерте "Песняров" (девушка затащила). Все песни того концер-
та мне показались блеклыми. Ни одной мелодии я не запомнил. Но
запомнил жирного Мулявина в длинной одежде. У него гитара была аж
с двумя грифами. Такие только для самых выдающихся музыкантов,
наверное. Ещё там было какое-то "соло на барабане" минут на
пятнадцать, которое меня отнюдь не умилило, потому как не чёрный
я. А ещё лазерные лучи по залу метались, но бедности мелодий это
не компенсировало.
4. Примерно в то же время случилось мне в кинотеатре перед про-
смотром какого-то фильма увидеть "киножурнал" про "Песняров".
Запомнились оттуда только две вещи: как Мулявин с магнитофоном
приставал к бабкам в деревне, чтоб спели ему в микрофон, и как на
репетиции солист под руководством Мулявина всё фразу "Ай у полi
бяроза кудрава стаяла" оттачивал. Солист этот несколько шепеля-
вил, но всё-таки вёл титаническую борьбу за качество.
А ещё мне довелось -- уже в процессе написания этой статьи --
посмотреть юбилейный (к 40-летию) концерт "Песняров", транслиро-
вавшийся по телевизору. Я посмотрел только 4-ю часть, называвшую-
ся почему-то "Вольному воля" (намёк на то, что те, кому не нравит-
ся размах гражданских свобод в Беларуси, могут отсюда сваливать?).
Зал на этом концерте завёлся только дважды: когда один из гостей,
Олег Жуков, исполнил юрий-антоновскую песню "Мы вместе с птицами
в небо уносимся" (он -- автор слов) и когда другой из гостей,
Валерий Ярушин (бывшая группа "Ариэль"), спел "В краю магнолий
плещет море". Под последнюю вещь я уже танцевал с женой на кухне
перед телевизором. Вот это действительно хиты, рядом с которыми
весь остальной концерт был мало что. Не в силах отличиться
собственным, "Песняры" на том концерте ещё немного проехались на
"Полонезе" Огинского и "Лунной сонате" Бетховена, а также испол-
нили песню "Варшавский дождь" группы "Весёлые ребята", музыка
Давида Тухманова (ещё один факт в пользу предположения, что без
евреев белорусские "Песняры" совсем уж не потянули бы).
* * *
Откровенничает "ближайший друг и соратник Мулявина" --
Владислав МИСЕВИЧ:
"Самый горький осадок в моей жизни оставила дружба с Владимиром
Мулявиным. Это талантливейший музыкант, который пьянством погубил
себя. Его запои начались еще в 80-х годах. Первая жена Мулявина
выступала у нас в ансамбле с номером 'художественный свист'. Она
недавно умерла. Вторая жена спилась, и ее даже помещали в психуш-
ку, с третьей женой его познакомил я. Это мой большой грех."
"Короче, она его захомутала. И началась 'эпопея Пенкиной'. Она
потихоньку вникала в нашу концертную деятельность. Мы, 'старики',
не давали ей глубоко влазить в дела. Но потом слабохарактерный
Муля полностью лег под ее каблук. Насколько он был жестким в
работе, настолько был безвольным с женщинами. Ее руками он
пытался руководить, делая вид, что он ни при чем. Она выполняла
роль 'плохого следователя'. Мы с Валерием Дайнеко в 1992 году
вынуждены были даже уйти на какое-то время из ансамбля. Но
вернулись в ансамбль, потому что Мулявин с Пенкиной и сыном стали
пить безбожно, а терять талантливую группу не хотелось."
"Министр культуры Белоруссии поддержал идею возрождения ансам-
бля. Меня назначили директором, а Мулявина -- художественным
руководителем. Мы взяли слово с Мули, что он прекращает пить,
бросит пьяницу-жену и начнет лечиться. Вроде бы договорились, но
жена опять его накрутила, и в группе продолжался раздор."
"Скандал дошел до президента Лукашенко. Мулявин закидал его
письмами-кляузами. Вице-премьер Заметалин просил нас помириться,
потому что некрасивы раздоры в группе, которая является
жемчужиной Белоруссии. Потом вышел указ президента о том, что
Мулявин -- народный артист СССР -- является руководителем
'Песняров'. Мы, ведущие артисты ансамбля, уволились. И ушли под
крыло 'Белконцерта'. Ушли, оставив все: инструменты, звук,
свет... Через год у нас все было свое, в том числе студия в
Минске. А Мулявин как пил, так и пьет. Иногда под фонограммку они
чего-нибудь сбацают, чтоб деньжонок подзаработать. Кстати,
недавно врачи буквально вытащили Мулявина с того света. Его нашли
под балконом собственной дачи. Он выпал со второго этажа, от
удара у него лопнул мочевой пузырь! Когда привезли в больницу,
грязного и обоссанного, врачи подумали, что это -- бомж. А отмыв,
ахнули: 'Мулявин!'" ("Мулявин окончательно спился" --
"Экспресс-газета", конец 1998 года 18 Января 2009, с сайта
http://www.pesnyary.com)
Григорий Климов снисходительно ухмыляется. А вообще, более-
менее нормальные личности среди "людей искусства" бывают?
Ещё один рассказ Владислава Мисевича о "звёздном" пьянстве
Мулявина (Римас Стаумпе, "Я ни о чем не жалею", сайт
http://www.belgazeta.by):
"...когда он с этим связался, перестал работать на сцене, нас
сама жизнь заставила: Мы постепенно обретали самостоятельность,
когда появились новые аранжировщики, перенимавшие у него стиль: А
он ведь был талантлив во всем. Не имея образования, был очень
развит музыкально, имел интуицию и много разных достоинств... И
мы стали уверенно себя чувствовать без него. Так бывает. Помню
первые концерты без него -- много скандалов... А он нас выгонял:
езжайте, играйте. Где он скрывался, никто не знал. Самое слабое
его место -- женщины, у своих жен он был подкаблучником. А так у
него воли, понимания ситуации хватало. Он просто закрывался на
ключ и неделю: А у него почки больные, камни шли в год по два
раза. И под эти почки списывалось все. И мы в это верили. Мы
обманывались годами. Но где-то в 80-х годах все осознали. Да, все
мужики выпивают... "
Всплывает вопрос: имеют ли моральное право такие вот вполне
"климовские персонажи" петь о Родине, о любви, о нашей Беловежс-
кой пуще и вообще публично обращаться к молодёжи?
* * *
О том, как Мулявин разбил свой "Мерседес":
"Следственный отдел УГАИ Минской области продолжает проверку в
рамках уголовного дела, возбужденного по факту аварии 14 мая на
25-м километре трассы Заславль -- Колодищи."
"Мулявина доставили с места аварии с диагнозом 'закрытый вывих
6-го позвонка, ушибленная рана затылочной области' и поместили в
операционную. "
"Напомним обстоятельства аварии. Она произошла на трассе
Заславль-Колодищи вблизи д. Лапоровичи. 'Мерседес-420', управля-
емый Мулявиным, на большой скорости выехал на встречную полосу.
Водитель попытался затормозить, не справился с управлением и
съехал на обочину, врезавшись в дерево. Удар был такой силы, что
машину буквально смяло.
'Это было ужасное зрелище, -- вспоминает водитель, который
оказался рядом с местом происшествия вскоре после события. --
Когда мы подъехали, Мулявина уже увезли на 'скорой'. 'Мерседес'
был в таком состоянии, что я даже не сразу определил марку.
Практически весь салон был сплюснут, часть деталей в момент
столкновения отлетела. Удар был столь силен, что одно дерево
сломалось, а на другом 'Мерседес' буквально повис. Мы знали:
водитель жив, но не верили, что его удастся спасти. Мулявин сам
себя гнал в могилу'.
В настоящее время отдел дознания ГАИ Минской области, где по
факту происшествия возбуждено уголовное дело, ожидает нескольких
экспертиз. Предстоит выяснить, не имелось ли у автомобиля
неисправностей и с какой скоростью он двигался. Впрочем, уже
сейчас можно заключить, что скорость была не менее 130 км/час --
тормозной путь на асфальте и обочине составляет в общей сложности
около 70 метров. Известно также, что покрытие дороги на участке
происшествия было сухим, без выбоин. Таким образом, авария,
скорее всего, произошла по вине водителя.
По предварительным выводам некоторых сотрудников милиции, либо
водителя занесло, когда он слишком резко затормозил, чтобы сбить
скорость, либо он пытался совершить обгон и не справился с
управлением." (Елена АНКУДО "У МУЛЯВИНА ДВА ДЕЛА. Интимное и
уголовное", 10.06.2002, сайт
http://www.belgazeta.by)
* * *
О том, к чему приводит отсутствие страха перед высотой. Из
Википедии:
"Старший брат Владимира Мулявина -- Валерий -- был убит на
гастролях в Ялте в 1973 году."
Вспоминает Александр Демешко (сайт
http://www.vma-pesnyary.com):
"Мы в Ялте выступали и как-то вечером справляли день рождения.
Выпили тогда, кстати, немного. Валерий вышел на набережную и сел
на парапет покурить. А мимо ехала поливальная машина. Он поднял
ноги и перекувырнулся. Парапет высокий был, внизу камни, вот и
разбился насмерть. Сколько потом слухов ходило, что его убили! Мы
ведь должны были ехать на Кубу на фестиваль..."
У Леонида Борткевича (сайт
http://www.vminsk.by) то же самое описано
куда драматичнее:
"Валера лежал затылком на парапете, на лице ссадины, а асфальт
вокруг забрызган кровью вперемешку с мозгом. Эта ужасная картина
до сих пор стоит у меня перед глазами. Но осознание происшедшего
и весь ужас от того, что случилось, пришло позднее. (...)
Последний, кто видел Валеру живым, был водитель поливочной
машины, которая проезжала по набережной. Он видел, как Валера
сидел на скамейке. Р